Оглядываясь назад: Мещерская узкоколейка (2005 г.)

Оглядываясь назад: Мещерская узкоколейка (2005 г.)

Владимир Буракшаев (с), фото автора.

 

«Для всех странников, для всех любителей ветра, неба, душистых трав и бездонной воды Паустовский открыл страну со сказочно древним названием Мещера…» 

(В.Песков, «Отечество».) 


Небольшой, ничем не примечательный поселок Тума
на окраине Рязанской области. Всего лишь 200 километров от Москвы. Невзрачные дома, пыльные улицы и размеренный уклад жизни представляют совсем другой мир. Здесь, в болотах Мещерской низменности сохранилась уникальная узкоколейка. В 2006 году ей исполняется 106 лет. 
В былые годы по ней ездил Есенин до Потапово и Солодчи, когда учился в Спас-Клепиках. В свое время бывал Куприн. О поездке по этой дороге писал Паустовский в рассказе «Мещорская сторона». Сегодня это единственная в стране действующая узкоколейка, принадлежащая ОАО «РЖД». 
То что узкоколейные железные дороги нашли широкое применение в промышленности, известно многим. Но, что подобные ветки, с миниатюрными путями и вагонами, относились к сети МПС, знают далеко не все. А между тем, они действовали в Прибалтике, на Украине и в Казахстане; несколько разобщенных линий, построенных до революции, эксплуатировалось на территории современной России в советские времена. 
К началу девяностых большинство из них, как вскоре и сам Союз, навсегда перестали существовать. Другие работают и сейчас, но их жизнь больше напоминает агонию: резко сократился километраж, а объемы перевозок упали в десятки раз. Единственное, что удерживает их от окончательного развала, это отсутствие стабильного альтернативного сообщения с поселками, удаленными от основных, привычных транспортных путей. Именно этим веткам суждено было стать своего рода заповедниками, где экзотика старины гармонично сочетается с повседневной жизнью современной провинции.


От Рязани до Владимира

Когда-то вся дорога Рязань – Владимир, построенная на рубеже ХIХ – ХХ веков, целиком была узкоколейной. Вскоре участок Владимир – Тума был перешит на широкую колею. Со стороны Рязани узкоколейка тоже была урезана, но только на один перегон – до станции Шумашь. В числе причин этого значилось затопление путей конечной станции Рязань-Пристань во время весеннего разлива Оки. 
До революции на участке Рязань – Тума ежедневно курсировал один пассажирский поезд и 6 – 7 составов грузовых. В пассажирском поезде было 10 классных, а также почтовый и багажный вагоны. В товарных поездах число вагонов достигало 24-х. Такие данные приводятся в книге «История железнодорожного транспорта России и Советского Союза» (том 2), выпущенной в 1997 году. А вот как описывает свое путешествие уже в советские годы Константин Паустовский: 
«За Гусем-Хрустальным, на тихой станции Тума, я пересел на поезд узкоколейки. Это был поезд времен Стефенсона. Паровоз, похожий на самовар, свистел детским фальцетом. У паровоза было обидное прозвище: «мерин». Он и вправду был похож на старого мерина. На закруглениях он кряхтел и останавливался. Пассажиры выходили покурить. Лесное безмолвие стояло вокруг задыхавшегося «мерина». Запах дикой гвоздики, нагретой солнцем, наполнял вагоны». 
Уже в 1980-х, когда параллельно узкоколейке была проложена автодорога из Рязани в Спас-Клепики с выходом через Туму на Касимов, пассажирское движение на основном направлении Тумская – Шумашь было прекращено. Однако, еще какое – то время по дороге ходили товарные поезда. Возили хлопок, уголь, торфобрикет. Долгое время услугами узкоколейной железной дороги пользовалась расположенная в Спас-Клепиках ватная фабрика. Обратно – в Тумскую отправляли лес. Осенью снаряжали поезда с картошкой, которую, бывало, вывозили по шесть вагонов за день. 
После 1991 года со стороны Рязани путь постепенно начали разбирать. В 93 и 94 году рельсы сняли от Шумаши до Солодчи, Пилево и Спас-Клепиков. А в 2000-м было разобрано все полотно до разъезда Гуреевский. Сегодня от некогда большой узкоколейной линии остался маленький отрезок Тума – Гуреево с ответвлением в лесной поселок Голованово, общей протяженностью 30 километров. Да еще о ней можно прочесть у Паустовского:
«На станции Пилево в вагон влез косматый дед. Он перекрестился в угол, где дребезжала круглая чугунная печка, вздохнул и пожаловался в пространство:
- Чуть что, сейчас берут меня за бороду – езжай в город, подвязывай лапти. А того нет в соображении, что, может, ихнее это дело копейки не стоит. Посылают меня до музею, где советско правительство собирает карточки, прейскуранты, все такое прочее. …»



Путешествие до Головановой Дачи

Станция Тумская – конечная на ширококолейной линии. Маленький одноэтажный вокзал. Пустой зал ожидания с кассой. К низкой платформе прибывает пригородный поезд из Владимира – пять старых пассажирских вагонов с маневровым тепловозом ЧМЭ3. 
Рядом с вокзалом, через пути, водонапорная башня и локомотивное депо, одно на оба типа колеи. На фасаде белого здания изображен серп и молот, рельефными буквами выложен лозунг: «Слава труду!». 
Основная тяга ширококолейных поездов – несколько тепловозов 2М62. На маневрах задействованы ЧМЭ3. Не так давно была «луганка» - 2ТЭ10Л, отданная в другое депо. Долгое время в депо и на станции стояли вишневые вагоны от списанных Д1, когда-то тоже ездивших во Владимир. Совсем недавно их порезали в металлолом. Движение по широкой колее теперь небольшое: две пары пригородных в день на Владимир и один поезд в неделю – грузовой. 
Для узкоколейных локомотивов построен отдельный цех. В нем сегодня симпатичные оранжевые ТУ7А. На улице доживают свое два списанных ветерана ТУ2. 
Ряд подходящих к вокзалу ширококолейных путей граничит с парой узкоколейных. Между ними возвышается еще одна платформа – островная, окруженная с одной стороны рельсами широкой, с другой – узкой колеи. Три раза в неделю – по пятницам, субботам, воскресеньям, от нее отходит поезд на Голованову Дачу. Отправление в 14-20, согласно расписанию, которое без существенных изменений здесь действует уже много лет. 
Сам поезд – тепловоз ТУ7А с единственным пассажирским вагоном в традиционной зеленой окраске, с символикой РЖД, выведенным белым контуром номером и всеми необходимыми обозначениями о выпуске, прохождении ремонтов и прочем. В сезон грибов и ягод, когда количество пассажиров обычно растет, по-необходимости прицепляют второй вагон. 
Сразу видно, что за техникой здесь следят. В годы Советской власти локомотивы (тогда это были ТУ2) специально отправляли на ремонт в Гайворон, погрузив их на платформы широкой колеи. Именно там находился единственный в стране завод, обслуживавший узкоколейные тепловозы. Теперь все виды ремонта оставшихся в эксплуатации ТУ7А, в том числе капитальный, выполняют своими силами в Туме. Бригады слесарей, кстати, общие; работают как с машинами узкой, так и основной колеи.
Поезд подается под посадку. « - Мобильники можете выключать; там, куда вы поедете, сотовой связи нет» - предупредили нас работники депо. При отправлении из Тумской, слева остается бывшее вагонное депо. По выступающим крышам угадывается какой-то ширококолейный подвижной состав, рядом с ним – два деревянных узкоколейных снегоочистителя, оснащенных плугом. За горловиной – исключительно узкий путь. Тонкая просека, две нити рельсовой колеи и высокая стена леса. 
Шесть километров отделяют Тумскую от соседнего разъезда Гуреевский. Примерно в километре, параллельно узкоколейке проходит куда более оживленная автотрасса Касимов – Спас-Клепики – Рязань.
Во времена Паустовского «пассажиры с вещами сидели на площадках – вещи в вагон не влезали. Изредка в пути с площадки на полотно начинали вылетать мешки, корзины, плотничьи пилы, а за вещами выскакивал и их обладатель, нередко довольно древняя старуха. Неопытные пассажиры пугались, а опытные, скручивая «козьи ножки» и поплевывая, объясняли, что это самый удобный способ высаживаться из поезда поближе к своей деревне.» Современные пассажиры предпочитают ездить цивилизованно. Да и вагоны, конечно же, сейчас не те.
На Гуреевском остался деревянный вокзал. Цела табличка с названием станции: «Гуреевский Горьк. ж.д.». Дальше, в направлении Рязани рельсов уже нет. На окраине поселка, где путь теперь обрывается, остался один товарный вагон, на котором лежали бревна. За ним бывшее полотно начинает медленно зарастать.
По прибытии на разъезд, как из Тумской, так и из Голованово, тепловоз обгоняется и берет вагон с другой стороны. В лучшие для дороги годы на разъезде работал начальник станции, стрелочник, составитель. В 1